Второй международный джазовый фестиваль "Джаз Коктебель" прошел в
чудных местах магнитной аномалии, где стрелки показывают "не туда", у
пучины морской и совсем рядом с Домом Поэта.
Почему именно джаз и именно в Коктебеле? Милый сердцу Коктебель -
отличный повод для встречи. Когда-то сюда стремился весь "цвет"
российской поэзии, увлеченный широтой души и взглядов Максимилиана
Волошина. Потом на Дом Поэта приезжала взглянуть советская
интеллигенция. И вот, наконец, у стен знаменитого особняка прозвучал
благородный джаз. Как говорит основатель фестиваля, телевизионщик
Дмитрий Киселев: "Будь жив Волошин, он бы точно пришел к этой музыке -
свободной внутри и несущей свободу тем, кто ее слушает".
Эстетика плюс политика По коктебельским мостовым
разъезжают рикши, на пляже загорают бомжи, нудисты и дети, у кромки
прибоя носят крокодила с перебинтованной скотчем пастью - во имя
искусства фотографии. Из ресторанных динамиков, как правило, звучит
плохая попса. А вот джаз у Дома Волошина дарит удивительные ощущения.
Чтобы почувствовать его магнетизм, за одним столиком в "VIP-зоне"
собрались Анатолий Кинах, Дмитрий Киселев и очаровательная Арина
Шарапова - давняя приятельница основателя "Джаза Коктебель", она,
кстати, и открывала первый день фестиваля.
В уютном дворике Дома Волошина Инна Богословская собрала публику на
вече под названием "Украина как арт-проект", где один из выступавших
подметил новую черту нашего времени - объединение эстетики и политики.
И хотя организаторы фестиваля утверждают, что в "Джазе Коктебель"
политики нет, почему-то вспоминается, как Волошин в свое время успевал
все: даже прятал красных и белых.
Между прочим, благодаря джазовому фестивалю-2003 в Коктебеле
появилась новая
набережная. И вот чудо: по ее плитам, слушая джаз, бродил современный
"Волошин" - колоритный бородатый мужчина в шляпе и майке, похожей на
холщовую рубаху. Это гость фестиваля - режиссер Александр Дирдовский,
известный своими оригинальными проектами о репрессированных татарах и
безумных поэтах.
Культурное сопротивление
Самым раскрепощенным слушателем джаза у подножия Кара-Дага оказался Дмитрий Киселев, автор призыва и лозунга фестиваля:
"Хватит пухнуть в Турции - жизнь в Коктебеле". Публика видела знаменитость то в элегантном костюме, то в плавках.
Впервые известный российский журналист (кстати, на четверть -
украинец) побывал в Коктебеле недавно и ему так понравились здешние
места, что он купил на горе четыре сотки земли, как впоследствии
оказалось - запрещенных для строительства.
Но этот факт не испортил настроение филантропа Киселева, благо
фестиваль явно эволюционирует: если в 2003 году "Джаз Коктебель" шел
всего два дня, то в этом - четыре: на сцене трудолюбиво получали
удовольствие 100 музыкантов из 8 стран.
"Джаз - музыка для достаточно зрелых людей, - объясняет Киселев. -
Этот фестиваль - культурное сопротивление попсе, которая оказывает на
публику разлагающее влияние. Попса воспевает примитивное отношение
между людьми, между мужчиной и женщиной, а джаз возвеличивает".
Шаманское пение Как выяснилось в очередной раз,
джаз потрясающе разнообразен. Чего только стоит горловое, шаманское
пение Николая Ооржака (Россия)
или аккордеонное трио "Motion Trio" (Польша) - необычные явления на
европейских и мировых подмостках.
А когда выступает Энвер Измайлов (Крым), трудно поверить, что
музыкант играет на гитаре: она звучит то как старинная лютня или
восточный народный инструмент, то как современная установка.
Еще один "уникум" джаза - Владимир Лазерсон, солист Московской
филармонии по классу средневековых инструментов, один из главных
волынщиков России: исполнил джаз с кельтским оттенком. Появилась на
фестивале и "торговая марка" российского джаза - квартет Игоря Бутмана.
"Джаз - это не только музыка, это образ жизни, - не устает повторять
Владимир Соляник, один из самых известных джазовых пианистов на
постсоветском пространстве, композитор, аранжировщик и арт-директор
"Джаза Коктебель". - И дай Бог, чтобы у нас было побольше таких
фестивалей. Сегодня на джаз обратили внимание и бизнесмены, и политики,
и многие деятели культуры, хотя эта музыка никуда не исчезала. Знаете,
у меня есть четкое ощущение, что этот фестиваль в Коктебеле надолго".